Прямой эфир

Слушать радиостанции Барнаула
Новости

Анна Паутова: "Мы одни из первых открыли в Барнауле частный детсад"

, ИА "Амител", Оксана Бассауэр
О бизнесе, детях, рождаемости рассказывает руководитель детского развивающего центра Анна Паутова

Это интервью получилось спонтанным: встретились, чтобы книгами обменяться, а получился интересный разговор про становление непростого бизнеса, про детей, про рождаемость и многое другое.

Мы побеседовали с основателем и руководителем детского развивающего центра Анной Паутовой. К слову, 4 июня Анна отправится на международный молодежный управленческий форум АТР-2018 в качестве руководителя площадки "Социальное предпринимательство". 

В мае социальный бизнес Анны Паутовой — развивающий центр "Растем вместе" — отметил свое 14-летие.

- Да, не юбилей, но тем не менее. Когда в 2004 году делали свой логотип, дизайнер меня спросил: "Как вы видите свою компанию через десять лет? Мне нужно ваше видение". Уровень моих компетенций в бизнесе тогда был, мягко говоря, не очень высоким. И я подумала: "О чем это он? Я только вижу, что сейчас надо отремонтировать помещение, открыться". Но что-то там написала ему. О боже. Ну вот, и мы долго оказывали именно такой комплекс услуг – развивающий центр.

Как строился бизнес

- То есть началось все с развивающего центра?

- Да, мы открылись с развивающего центра. У меня родился старший сын, первенец. И я читала московские журналы и не понимала, почему у нас в Барнауле нет таких возможностей. Ну и что-то стукнуло. Мы были не первые — вторые. Был один центр, только-только начинал свою работу на Энтузиастов. Мне же пришла идея, что нам нужен центр с бассейном. В итоге решили делать комплексную зону в спорткомплексе "Обь", чтобы мамы с малышами, беременные женщины могли ходить в бассейн. Тогда это вообще было просто из ряда вон — очень смело! В итоге мы открылись. И первый год работали в небольшом помещении в 50 квадратных метров. К концу года мы поняли, что уже туда не помещаемся — столько приходило к нам народу. Тогда мы переехали на Никитина, работали там два года. А потом собственник решил снести это здание на Ленина, 20а, это сейчас за торговым центром "Невский". Тогда уже переехали в свое помещение.

- Вы построили здание?

- Ой, это тема для отдельного разговора (смеется). После этого я могу писать книжку "Как предпринимателям общаться с кредитными организациями". Как это все выдержать. Ну, ничего, все закончилось хорошо. Мы купили дом. Для себя, для жизни. Там была пристройка без окон, без дверей. Нам тогда она казалась очень большой. И мы решили, что когда-нибудь сделаем здесь детский сад.

- А где это было?

- На Гоголя, где у нас сейчас в итоге все есть. Там мы сделали детский сад. Тогда еще были проблемы с детскими садами, мест всем не хватало. Услуга была востребована. Когда встал вопрос о переезде, мы стали искать помещение где-то близко к этим местам. Муж предложил: "Возьмем кредит, сделаем ремонт, отстроим эту пристройку, и будет все у нас тут". Я очень боялась. Я понимала, что это 2006-2007 годы, и возникло сразу же много вопросов. Как сюда люди к нам будут добираться? То есть это от Ленина еще минут десять пешком. Это не вторая даже линия, а почти промышленный район. И мне это казалось невозможным. Муж спросил: "Тебя только это смущает?". Я: "Да, только это". И он: "Давай так. Купим "газель", я встану у "Ультры" и буду довозить каждый час группы к тебе сюда". Так и сделали.

- Ваш муж кем работал тогда?

- Мебелью занимался тогда, был небольшой бизнес. И, в общем, так мы начали работать вместе. Он не сразу сел за руль сам – еще какое-то время мы пытались работать с водителями, но потом поняли в какой-то момент, что это нам не подходит.

- И вы до сих пор доставляете к месту?

- Нет, доставки уже года четыре нет. А потом был период, когда мы возили только беременных. Но сейчас все сами на машинах – нет такой необходимости. Наступил момент, когда "газель" стояла целый день, и никто не садился в нее. В общем, необходимость отпала.

- Получается, семья двигала к созданию и развитию бизнеса: сын сподвиг на первый развивающий центр, а муж сподвиг на здание?

- А второй сын сподвиг на детский сад…

- ?..

- Потому что он подрос, и от нас ушла няня. Внезапно абсолютно. Мне, конечно, очень хорошо – я работаю, у меня в мансарде квартира, и там внизу все остальное. То есть так по-европейски у нас организовано все. Но, тем не менее, все равно ребенку нужно общение, развитие. Да и родители наши начали приспрашиваться: не хотите ли садик открыть? Что-то нам мало на четыре часа к вам. Принимайте уже детей на целый день. Мы вам доверяем, нам так удобно.

- В чем разница между развивающим центром и садиком?

- Развивающий центр – это на несколько часов занятия, а детский сад – там полный режим: сон, кормление, прогулки, обучение. Развивающий центр, по сути, это существенно меньшая мера ответственности за детей.

- И, наверное, особые требования СанПиН?

- Да, конечно. Открыли сначала одну группу. В 2011 году.  Мы как раз так попали: была очень активная государственная поддержка всего этого направления. И мы открыли одну группу и поняли, что нам для того, чтобы нормально дальше работать, нужны очень серьезные вложения. Чтобы пристроить лестницу полноценную, как в подъезде. То есть нужно было пристроить к зданию конструкцию. И как раз мы получили грант. И на этот первый большой грант мы построили лестницу, выполнили все пожарные и санитарные требования.

- Многие люди, желающие начать свой бизнес, сталкиваются с вопросом "где деньги взять?"...

- Знаете, сейчас грантовая тема уже неактуальна. Был такой период. Я руковожу площадкой "Социальное предпринимательство" на форуме "АТР" уже много лет, и у меня даже тема такая была, три года я ее вела – про грантовую поддержку, как лучше получить, как чего рассчитать, как составляются заявки. А сейчас это уже неактуально – у нас грантов практически сейчас нет. Господдержка в другую сторону сейчас происходит, и вот где взять деньги – это определенно сейчас не гранты.

Дело в том, что, когда первые гранты давали, первый год вообще не было никаких особых обязательств. Во второй год Минфин понял — что-то не то. Надо как-то напрячь предпринимателей, задать меру ответственности. И начали вводиться показатели, критерии, по которым нужно отчитываться. То есть не просто за целевое использование денег: вот я просила на то, на то и на это – вот чеками отчиталась, показала, вот у меня стоит лестница, вот, приходите, смотрите. Кто только не приходил – пожалуйста, все хорошо. А потом начались показатели: столько рабочих мест нужно создать, зарплата не менее стольки-то. И небольшие эти гранты, по триста, по пятьсот тысяч, которые на поддержку предпринимательскую направлялись, перестали быть выгодными предпринимателю, особенно мелкому. Потому что нужно создать не менее трех рабочих мест, зарплаты на эти три рабочих места привязаны к МРОТ, а он все время варьируется. И тут стало получаться, что мы налогами эти деньги очень быстро отдаем. Для начинающего предпринимателя, то есть фактически создашь ты эти три рабочих места – за год у тебя эти триста тысяч в виде налогов и уйдут. Но ведь и не всем надо именно три места создавать. Нюансов много.

- А какие есть сейчас формы поддержки?

- Таких прямых грантовых программ для предпринимателей сейчас очень мало. У нас до сих пор был грант Губернатора, который ориентирован именно на узкие направления – развитие медицины на селе, гостевые дома, придорожный сервис. В последнее время этим направлениям давали поддержку. Допустим, на создание сельских стоматологических кабинетов. Было такое направление грантовой поддержки  – на женское предпринимательство. Эту поддержку один проект со всего края получает. Допустим, на производственников – у них там есть отдельные сейчас программы, которые больше направлены на поддержку и субсидирование уже действующих предпринимателей. То есть поддержать тех, кто уже реально работает, а не новичков плодить. Потому что поняли, что реально "выживают" немногие из стартап-проектов. Сейчас активно работает следующая поддержка: ставки по кредитам компенсируют, договоры лизинга. Фонд микрозаймов существует – 6,5% годовых, пожалуйста, но там залоговые свои особые требования. Это вполне реально работающий инструмент, который поддерживает.

- Анна, вы пользуетесь вот такими формами поддержки или хватает собственных средств?

- Вот вы знаете, какая ситуация в нашем случае – у нас бизнес, любой бизнес в этой сфере, если он не элитный, то есть если он ориентирован на средний, средний плюс, находится на грани рентабельности, потому что он очень зависим от многих факторов. В среднем он балансирует, и для того, чтобы развиваться, все равно нужны инвестиции. И если я просто работаю и работаю, никуда не двигаюсь, то мне хватает того, что у меня уже есть. Если только я задумала какой-то прорыв, то все.

- Школу, например...

- Например. Тогда нужны инвестиции. Обязательно нужны. Без этого никак. Какую-то сумму можно накопить, а если какие-то средства серьезные, то это очень долго. Это значит потерять время, не успеть за ситуацией на рынке. Был период, когда в крае было 93 организации по уходу и присмотру за детьми, и мы были чуть ли не первые в России по созданию мест в негосударственных садах. У нас очень хорошо эта программа работала, и именно с государственной поддержкой хорошо.

О рождаемости

- У вас, наверное, была востребована услуга, потому что не хватало детских садов. Но сейчас строят в крупных микрорайонах  большие детские сады. Что-то меняется?

- Меняется серьезно. Я говорила об этом еще два года назад, что частные сады будут конкурировать с государственными. Кроме того, сейчас идет спад рождаемости.

- Подождите, идет спад рождаемости?!

- Да, в прошлом году по сравнению с двумя предыдущими было на несколько тысяч родов меньше. Я владею актуальной информацией, поскольку  курирую краевую программу по профилактике абортов и отказов от новорожденных.

- А эта должность в каком ведомстве?

-  Я руковожу Краевым центром медико-социальной поддержки беременных женщин, он в "ДАРе" располагается сейчас. В свое время меня пригласили, если можно сказать, как менеджера. То есть как человека, который может организовать на пустом месте что-то. В этом центре работают психологи, а не врачи.  Я уже больше пяти лет работаю с этой структурой, и у нас более 5000 сохраненных беременностей. Эта цифра очень греет и радует.

- С чем связано падение рождаемости?

- Два фактора совершенно четко прослеживаются. Вы же видите, что правительство озаботилось молодыми семьями – сейчас сдвигается срок первых беременностей, первых родов. То есть мы за последние годы ушли в минус не менее чем на пять лет по первым родам. То есть 30 лет – это уже вообще не старая первородящая. Мы ушли серьезно в европейскую в этом смысле историю. И это первое. А второе – у нас в Алтайском крае, и в целом по стране, мы ежегодно теряем значительное количество женщин фертильного возраста. Теряем из-за естественных процессов – женщины стареют и переходят из фертильного в нефертильный возраст, а молодежи, рожденной в 90-е годы, меньше по количеству. Вот и не происходит восполнения в полной мере. То есть по совокупности этих двух факторов – молодежь стала меньше рожать, молодежи стало меньше как таковой. И до тех пор, пока дети 2000-х не начнут рожать, у нас будет или убыль, или мы выйдем на плато. Разве что реально простимулируют сейчас молодежь рожать раньше...

- Надо помогать рожать взрослым.

- У нас в крае, между прочим, с этим ведется очень серьезная работа. Мы – одни из первых в России, кто открыл бесплатное ЭКО. Потому что очень отягощенный у наших женщин гинекологический анамнез. И еще серьезно влияет мужской фактор.

- Что имеете в виду?

- Это наблюдаемое сейчас снижение мужской фертильности. И все влияет, оба фактора — и мужской, и женский — одинаково важны.

Об образовании

- Анна, вот вы такими серьезными проблемами занимаетесь, можно сказать, государственными. У вас какое образование?

- Я педагог, и у меня два психологических образования – по  клинической психологии и общей.

- Зачем столько?

- Так получилось. Если бы моя учительница по химии знала, что я стану учительницей по химии, то, наверное, поседела бы (смеется). Я всерьез увлекалась биологией и пошла в наш университет. Я потом маму свою спрашиваю: "Мам, как ты вообще отдала меня туда? Кем думала я стану?". А мама: "Тебя ничего не интересовало, ты на каком-то клеточном уровне хорошо знала этот предмет". Ну, я пошла, поступила. Я окончила АлтГУ экстерном. Единственная в истории факультета – четыре года вместо пяти.

- Почему? Какие-то обстоятельства были?

- Жизненные обстоятельства. Я собиралась уезжать в другую страну, и у меня все было готово. Я буквально с трапа самолета передумала это делать. Не уехала в итоге и не жалею об этом. Я окончила университет, пошла работать в школу учителем. Проработала полгода. И попала как раз в те годы, когда полгода не платили заработную плату. Было очень тяжело – мы жили с бабушкой вдвоем, никто не помогал. Только ее пенсия и моя зарплата, которой нет. Я проработала какое-то время.

- В какой школе?

- В 69-й. Получила в декабре первую за несколько месяцев зарплату. Потом ненадолго прервала свою школьную карьеру, пошла работать секретарем и поняла, что я просто умираю, я не могу. И вернулась в школу, но уже в частную. Проработала там несколько лет, а потом ушла в декрет. И потом уже не вышла в наём. Илюше было восемь месяцев, когда мы открыли центр.

- То есть педагогика – это абсолютно ваше профессиональное направление?

- Наверное, где-то внутри меня сидит еще и доктор.

- А как случилось образование клинического психолога?

- По мере надобности. Оно и простого-то психолога случилось, потому что я поняла, что мне не хватает этих знаний, базовых каких-то, для работы со школьниками, с учениками. А потом, когда открывался психологический центр, и для того чтобы работать в сфере медицины, нужны другие компетенции, и пришлось выучиться на психолога клинического.

- Где вы получили это образование?

- В филиале Московского института. Плюс я еще так все время учусь, по мелочи. Это уже образованием назвать нельзя: тренинги, конференции, семинары. Это уже больше  как опыт, но тем не менее.

О семье, воспитании и самореализации

- Сколько у вас детей?

- Четверо: 15, потом восемь и полтора годика (младшие дети Анны — двойняшки — прим. авт.).

- Младшие-то совсем маленькие! А как вы все успеваете?

- Я, видимо, не мама-курица, что ли. Обожаю своих детей, много времени с ними провожу, все делаю для них. Но, наверное, во мне столько творческой энергии, что не могу замыкаться только на домашнем хозяйстве. Хотя сама готовлю,  сама дом содержу. Мне муж очень помогает. Он работает со мной, много по детям на себя берет. Старшие самостоятельные, сами в школу, из школы. Я, например, не мою посуду дома – у меня мужики сами все это делают. Все распределено. Конечно, у маленьких няня. Вот сейчас они спят, например, а я с вами общаюсь.

- А они в центр ваш не ходят еще?

- На занятия ходят. В наш центр мамы приводят деток с трехмесячного возраста. Так сделано, потому что это один из компонентов профилактики послеродовых депрессий женщин. Для них это выход в свет. Наши мамочки, например, ходили на подготовку к родам, а теперь водят деток в центр, потом в сад. Так что детки примерно одинакового возраста. Их мамы дружат, общаются. И это очень важно.

- То есть это клубная история?

- Да. Самое интересное, что программа у нас построена таким образом, что мы учим мам самих – во что и как играть с ребенком. У нас очень грамотные специалисты. То если мы видим какие-то моменты, обращаем внимание на них. Если вдруг какие-то проблемы в развитии, сразу рекомендуем специалистов, к которым надо сходить. Нам легче, чем любому другому специалисту. Мы же видим их динамику. Если ребенок ходит к нам регулярно, то  видны все  моменты развития. Так что и мои с трех месяцев ходят на занятия, сейчас с июня пойдут в детский сад.

- К проекту "школа" как вы пришли?

- Несколько лет назад мне знакомые сказали: "Ну все, садик у тебя работает, пора школу открывать". Я даже подумать об этом не решалась. Мой сын тогда ходил в замечательный лицей "Грани". И через какое-то время учредители этой школы отказались дальше вести этот проект. И в самом деле, прибыли этот бизнес не приносит, головной боли полно. Мы три года наводили порядок на свой лад, что ли.  Долго сомневались с мужем, надо ли…  Подумали-подумали и решили, это судьба. Вот так и "родилась" у нас школа.

О школе

- А сегодня как?

- Сегодня у нас очередь стоит в некоторые классы.

- Сколько всего у вас детей в школе? По одному классу? То есть первый – один класс, второй – один…

- 135. Но у нас в этом году нет десятого класса. Так сложилось, что мы девятый выпустили, всех в учреждения среднего образования. Им прекрасно в колледже сейчас, они там отличники. А новых в десятый набирать не решились – это очень большая ответственность за качественную подготовку к экзаменам. Поэтому в этом году у нас нет десятого класса. И, соответственно, в наступающем не будет одиннадцатого.

- Вы говорили, что у вас будет медалист в этом году...

- Мы надеемся. Не знаю, посмотрим, как экзамены сдадут. Хорошие детки. Мы участвуем во всех олимпиадах. Наши дети очень разные, например, у нас шесть учеников — с кохлеарными имплантами.

- Это что значит?

- Это детки, которые рождены глухими, которым была сделана операция. Им встроили эти кохлеарные импланты. И им очень трудно в больших коллективах. Поэтому чаще всего для них один путь – спецшкола. А у нас они не только эффективно учатся, но и поют на конкурсах, танцуют. Для нас такие достижения очень ценны. Конечно, ребята разные приходят. Приходят совершенно здоровые физически дети, но очень замороженные эмоционально. Мы работаем с ними, отогреваем, помогаем найти точки опоры.

Но есть у нас и обратный процесс. Есть дети, в которых энергетики столько, они просто звезды, реально, как говорит молодежь, "жгут" на сцене, в спорте, и учатся на пятерки при этом. И они уходят от нас в большие школы. Получается, мы выращиваем звездочек, они очень бережно прошли начальную школу, не растрачивая свой потенциал на борьбу за место под солнцем, наполнились уверенностью в своих силах и дальше идут по жизни.

- Очень много слышу сейчас от родителей, что школа усредняет детей сильно. Если ребенок как-то чем-то выбивается из общепринятых норм: манерой изложения, аргументации, самопрезентации, то такие дети не ко двору…

- У нас как раз школа для таких детей. Вы знаете, мы смеемся, что у нас школа для ботаников в самом возвышенном понимании этого слова: для детей читающих, думающих, интересующихся, готовых учиться, которым это интересно. Даже если просто ленту нашу в Инстаграме посмотреть – у нас каждый день что-то происходит.

- А если ребенок не раскрылся? В начальной школе не раскрылся или на другом этапе.

- По-любому, приходя к нам, через пару-тройку месяцев все так или иначе раскрываются.

- А с чем это связано?

- С атмосферой. Внимание, забота, принятие. То есть у нас ребятишки такие. Сама среда такая – и взрослая, и детская. Знаете, огурец – если в рассол положи, он просолится. То есть мы создаем этот рассол вокруг ребенка. И со стороны взрослых, и со стороны детей. Получается, что находим точки соприкосновения, каким бы ребенок ни пришел, в каком бы тяжелом состоянии. Мы всегда найдем подход. Да, не сразу, не с первого дня. Кто-то через пару месяцев адаптируется и раскрывается, кто-то быстрее. Эта техника  в  пед. психологии называется  "поиск островков компетентности" – то есть того, что определенно получается хорошо, то, от чего ребенка можно оттолкнуть, а дальше только вперед и вверх.

- Говорят, чтобы чувствовать уверенность, нужно иметь несколько бизнесов, непохожих друг на друга, чтобы друг друга поддерживать. Это действительно так?

- Наверное. Потому что уверенности я, конечно, не чувствую. Не могу сказать, что все плохо. Сейчас я вижу большой потенциал у школы. Но это бизнесом нельзя назвать. Да и закон не позволяет – это организация некоммерческая, все организации некоммерческие всегда такие по определению. Но, тем не менее, я вижу там большой потенциал, в том числе и финансовый, для того чтобы она развивалась. Это как раз инвестиционные вещи. Мы пишем проекты, выигрываем гранты, мы можем оборудование приобретать и так далее. Я вижу развитие в этом. Это и непохожие, и похожие два бизнеса. Есть, конечно, мечты всякие – и то, и другое, и третье, и пятое, и десятое. Но сейчас, малыши пока маленькие, как-то я немножко притормозила. Пока носила их, двойня все-таки, старалась беречь себя. И уже возраст у меня – не 20 лет, чтобы скакать, как коза. Сейчас потихонечку выхожу уже из декретной заморозки – детки подрастают, я опять обороты набираю. Поживем – увидим.

Беседовала Оксана Бассауэр.

 

 

 

 

 

 

Читайте также в сюжете: Люди и Дело

Автор:
Оксана Бассауэр главный редактор

Смотрите также
Партнёры
Смотрите также
Loading...

Комментарии

30.05.2018 13:42
- гость -

Как еда? Нормальная?

0  0
30.05.2018 14:15
Vanadiy2014

Частник всегда лучше госконторы.

0  0
30.05.2018 15:22
гость

Школа замечательная, но постепенно становится дорогой, т.е. не для всех. Хотя несколько лет назад, когда начинали там учиться, было очень доступно

0  0
30.05.2018 15:30
Мамы

У нас двое детей ходят в частный детский сад "Апельсин" (на Малахова). Поскольку есть с чем сравнивать, то можем сказать - Да! Никакого сравнения с государственным. Группы небольшие, подход к каждому индивидуальный, педагоги очень хорошие, дают прекрасное образование, отличная подготовка к школе. Если в семье первый ребенок посещал "Апельсин", то второго тоже обязательно отдают сюда. Кормят очень вкусно, к ребятишкам относятся внимательно, дети педагогов обожают, свой апельсиновый садик любят.

0  0
30.05.2018 15:48
- гость -

скок стоит?

0  0
30.05.2018 16:50
гость

Интересующую информацию Вы можете получить по телефону 555-295

0  0
30.05.2018 20:49
- гость -

Анна умница!!!!!!!!

0  0
31.05.2018 01:12
- гость -

30.05.2018 16:50
гость
Интересующую информацию Вы можете получить по телефону 555-295

Понятно, детей в том саду
маловато, вот "мамой" и подписалась.

0  0
31.05.2018 08:24
- гость -

Очень поддерживаю Анну, хоть впервые и слышу про этот центр. Успехов ! Амик, научите своих копирайтеров покороче писать

0  0
Войти     Зарегистрироваться
Имя

Архив новостей