И. о. заведующего хирургическим отделением железнодорожной больницы Барнаула Александр Пантюшин рассказал почему сибиряки толстеют

21 октября 2013, 14:08
Газета "Вечерний Барнаул" публикует интервью с и. о. заведующего хирургическим отделением железнодорожной больницы Александром Пантюшиным. Предлагаем читателям ИА "Амител" с ним ознакомиться.

Журналист ВБ Тамара Попова пишет:

О коллегах и пациентах он говорит только хорошее, ЕГЭ называет преступлением перед страной... 

...И считает, что многих болезней нам удалось бы избежать, если бы в нашу жизнь вернулись обычные совковые столовки. Знакомьтесь, доктор ПАНТЮШИН.


Если бы лет двадцать назад ему сказали, что он станет врачом, – не поверил бы. После окончания школы в 1995 году Александра уже зачислили в военное училище, да родители, пережившие трагедию, воспротивились: их старший сын погиб в Чечне. Он быстро выяснил, что ребята из его деревни в Мамонтовском районе, в принципе, учатся везде, кроме медицинского. И "назло врагам, на радость маме" Саша подал документы в мед. Связей в профессиональной среде у него не было, как и звучной династической фамилии. Да и подготовка по предметам в сельской школе, сами знаете, какая: то химичка заболела, то биологию учитель английского ведет. Но звезды благоволили, абитуриент Пантюшин стал студентом, отучился на бюджетной основе, а то, что должен судьбе, отдает теперь своим пациентам.

Сибиряки, худеем! 

– Неплохой доктор из вас получился для "случайного-то" человека в медицине. Секретик не выдадите для тех, кто идет в профессию?

– Я приехал в Барнаул из села, откуда даже автобусы не ходили. Кризис в 1990-е у всех был, безденежье, и я просто топал 16 километров до трассы пешком. А там автобусом до Барнаула. Если есть цель, надо просто к ней идти. Все остальное приложится.

– Хирургическое отделение, возглавляемое вами, многопрофильное. Какое из направлений его работы вы считаете главным?

– В отделении мощностью 40 коек работают нейрохирурги, городской центр эндокринной хирургии (мы проводим высокотехнологичные эндоскопические операции при доброкачественных опухолях надпочечников, за эту освоенную в отделении операцию врачебная команда награждена премией Губернатора). Делаем операции на молочных железах, органах пищеварительного тракта, занимаемся проблемой ожирения. Думаю, оперативная помощь тучным людям в перспективе выйдет на первое место в хирургии ЖКТ.

– По-моему, в Барнауле не так много по-настоящему тучных людей.

– Мы их просто не видим. Тучные люди малоподвижны, не социализированы. Им очень непросто в этой жизни. Помочь им можно эндоскопической операцией, выключив из пищеварения значительную часть ЖКТ. После этого вес пациента снижается за счет уменьшения объема съеденной пищи и нормализации модели питания. Но лишний вес - лишь верхушка айсберга, у тучного человека букет болячек. И прежде чем рекомендовать операцию, мы обследуем его комплексно, на выявление возможных гормональных нарушений например. При комплексных заболеваниях нужен междисциплинарный врачебный подход, одним лишь скальпелем проблему не решить. Успешна только команда, в которой есть взаимопонимание.

– И все-таки почему сибиряки толстеют?

– Еще вчера ожирение считалось проблемой американцев в основном. Но фаст-фуд и малоподвижный образ жизни сделали свое дело. С каждым годом проблема лишнего веса касается все большего числа людей. Дети, кстати, тоже в зоне риска: подросло поколение недоношенных, пятисотграммовых, малышей, которых врачи научились спасать лет двадцать назад. Часть из них на фоне общего нездоровья стала нашими пациентами.

– Рада за успехи хирургов, и все же звучит как- то пугающе… Что же делать, чтобы вернуть сибирякам былую стройность?

– Сейчас фаст-фуд заменил все и везде. А всего-то и надо, что вернуть людям старые добрые столовки, где нас кормили борщами и кашей. И никаких чипсов с колой!

"Здравствуйте, доктор!"

– Странно, что вы не касаетесь темы, традиционной для других врачей, – нехватки специалистов, отсутствия молодой поросли докторов.

– Лет пять назад совсем худо было. Способные интерны, которые могли вырасти в отличных хирургов, приходили и уходили из медицины. Зарплата в 6-7 тысяч рублей не оставляла им шансов. Хирург – он не только доктор. Он мужчина, добытчик, он должен кормить семью. Моя жена Ольга – учитель, и она всегда недоумевала, почему зарплата уборщицы в банке больше, чем у педагога или хирурга, который стоит у операционного стола. Потому, в какое отделение хирургии города ни зайди, везде нужны хирурги и анестезиологи. И все же с прошлого года мы замечаем, что легче становится с врачами и учителями, лучше хотя бы в том, что перестали топтать и унижать учительство и медицину.

– Но про зарплаты врачей железнодорожной больницы легенды ходят…

– Они несколько преувеличены. Нас здесь всегда спасала ведомственность лечебного заведения. Зарплатный уровень за счет доплат у наших докторов немного выше, чем в других больницах. Но сейчас все выравнивается за счет введения доплат за внедрение высоких технологий и передового опыта, равно- доступных всем больницам города.

– В пику вашему оптимизму. Кадровый голод в Барнауле сохраняется. Где АГМУ набрать столько толковых студентов, сколько нужно отрасли?

– У меня сложное отношение к проблеме. С ЕГЭ мы сами лишаем себя Ломоносовых, пришедших поступать из деревни. Не секрет, что в сельских школах учителей-предметников не хватает, понятно, что и балл ЕГЭ будет ниже, чем у городского абитуриента, занимавшегося с репетитором. Да и тех, кто зачислен на первый курс, преподаватели впервые видят уже на лекциях. Нас иначе отбирали. Я сидел на экзамене перед профессором, глаза в глаза, первые выводы о профпригодности поступающего экзаменатор делал уже на этом этапе. При нынешней системе 99% самородков теряется для медицины.

– Пациент интересен вам только как профессионалу, или же интерес этот распространяется за рамки операции? Ведь то, как скоро человек выкарабкается, зависит во многом от него самого.

– Хирургия у нас плановая, не экстренная, а это значит, что у нас с больным есть время подумать и принять верное решение. Для меня главное - лечить пациента с любовью, не перешагивая через себя. Если у него глаза потухшие, дай ему возможность принять ситуацию. Через месяц он вернется, в его глазах ты увидишь жизнь, и тогда все будет хорошо. Жизнь меня этому учит. Те, в кого ты душу вкладываешь, остаются с тобой если не друзьями, то хорошими знакомыми. Жена, кстати, не любит со мной ходить по улицам, потому что на каждом шагу - "Здравствуйте, доктор"! Недавно поздоровалась со мной женщина, а мне неудобно, я не помню ни имени, ни диагноза. Незаметно пытаюсь припомнить что-то хоть по каким-то внешним признакам. Она оказалась продавцом соседнего магазина, где мы время от времени делаем покупки.

– А как относитесь к врачебным ошибкам? Думаю, нет ни одного врача, который бы не совершал их.

– Зато есть ситуации, складывающиеся независимо от тебя. Каждый человек индивидуален, успешно прооперируешь десять пациентов по поводу опухоли щитовидной железы, а у одиннадцатого все пойдет не по стандарту. И он, потеряв голос, пишет тебе на бумажке: "Доктор, вы же хороший хирург. Почему я?". Самое сложное - отвечать на такие вопросы. Моя совесть чиста перед людьми. Я прихожу к ним с трезвой головой и ясным сердцем. Я не пью. В нашем коллективе на алкоголь табу. А перед операцией я вообще не могу отключить голову от пациента. Думаю, просчитываю все за и против. Не бывает простых операций, даже к удалению аппендикса надо подходить с умом и сердцем. Принцип "Не навреди" для нас превыше всего.

ДОСЬЕ "ВБ" 

Александр Александрович ПАНТЮШИН - кандидат медицинских наук, врач высшей категории, исполняющий обязанности заведующего хирургическим отделением Отделенческой клинической больницы на ст. Барнаул ОАО "РЖД", в народе именуемой железнодорожной. Среди авторских разработок молодого врача и ученого – эндоскопическая методика операций при доброкачественных новообразованиях надпочечников.

Фото Тамары Поповой.



Комментарии
    Новости партнеров