Олег Кожемяко: «Какие в деревнях мобильные? В рынду били!»

Известиям" рассказал губернатор Амурской области Олег Кожемяко. 

— Обрисуйте масштабы бедствия на данный момент.

— Если вчера было затоплено около 1,3 тыс. домов, то сегодня — 1,6 тыс. Также подтоплено 200 различных социальных объектов, в том числе школы и детские сады.

— Сколько человек эвакуировано из затопленных районов?

— Около 2,5 тыс. человек.

— Все ли жители добровольно покидают свои дома, какие были трудности?

— Конечно, ментальность наших людей отличается от тех же японцев. Приходим мы к людям, заранее предупреждаем: "Уезжай, завтра сюда может прийти большая вода". А он думает: "Ну куда я поеду? У меня ведь корова, собака, свиньи, дом, имущество. Потоп может быть будет, а может и не будет. Останусь я, пожалуй". А ночью вдруг пошла вода, и только тогда они начинают бегать и суетиться. Как говорится, пока гром не грянет.

— Это единичные случаи или массовое явление?

— В той же Ивановке (наиболее пострадавший поселок. — "Известия") на крышах домов неделю сидели 95 человек. Спасатели привозили им на лодках хлеб, продукты, доили их коров, молоком и черемухой кормили свиней.

— Как вы оцениваете систему оповещения, которая использовалась для предупреждения людей?

— Нормально работала, потому что к настоящему времени нет жертв среди людей. Однако когда мы приезжаем в села, то находим недостатки: где-то не включили сирену, где-то людям не сказали о том, что пошла вода, в один дома постучали, в другой — нет. Это еще все нужно дорабатывать.

— А как вы людей предупреждали? Проводилась рассылка на мобильные телефоны, использовалось радио, телевидение?

— Да какие там мобильные телефоны в деревнях?! В рынду били! У кого-то были мегафоны, кто-то бегал по домам. В общем, предупреждали людей всеми подручными средствами.

— У вас есть претензии к прогнозам по большой воде?

— Прогнозы нам дают на ближайшие три дня, но дело-то в том, что у нас не прекращаются сильные дожди, поэтому вода залила и затопила все естественные и искусственные водоемы, углубления, ниши и плотины. Воде уже некуда деваться, все реки и водоемы переполнены. Прорвало одну плотину, за ней другую, и вот уже несется целый поток.

— Какие масштабы затопления сельхозземель?

— Под водой оказалось около 400 тыс. га различных посевов — рис, соя, зерновые, просо. У всех людей погибли сенокосы, погиб картофель. Люди остались ни с чем, как им теперь питаться, чем скотину кормить?

— Как вы собираетесь решать эту проблему?

— Пока идет спасательная операция, мы еще не перешли к восстановительным работам. Будем решать и этот вопрос. Проблема в том, что разрушено 400 км дорог, 29 мостов, к 28 населенным пунктам вообще нет никакого проезда.

— Есть ли у вас проблемы с людьми, спецтехникой? Нужна ли какая-то помощь?

— Нет, в эвакуации задействована группировка из 3,3 тыс. спасателей МЧС, у которых есть 500 единиц техники. Спасатели есть в каждом населенном пункте. Есть отряд Минобороны из 500 человек и 150 единиц техники. Всего задействовано около 10 тыс. человек. Если где-то и возникают проблемы с техникой, мы оперативно туда ее перебрасываем.

— Затопление в Амурской области сейчас стало главной новостью. Многие люди хотят поехать к вам волонтерами. Вы готовы принять их помощь?

— Спасибо, но в данной ситуации должны работать специалисты со специальным допуском, должны быть лодки, специальное оборудование. К тому же в деревнях тоже есть своя специфика, люди относятся к чужакам настороженно. Ведь мы не знаем, волонтер он или нет, с какими мыслями он к нам приехал. Спасатели и военные находятся в специальной одежде, их все знают. Я прошу добровольцев к нам не ехать.

— Обращался ли к вам кто-то из других регионов с предложением временно принять детей из пострадавших районов?

— Нет, таких предложений не было. Но это вопрос мы решаем сами.

— Скоро 1 сентября, куда школьники пойдут учиться?

— Мы надеемся на то, что вода спадет к 20-му числу, тогда оперативно начнем восстанавливать все, что возможно. Надеюсь, что мы успеем подготовить школы. Если восстановить нельзя, будем переводить детей в другие населенные пункты.

— Будут ли вводиться на затопленных территориях какие-либо ограничения? Например, такие бедствия очень любят мародеры.

— Нет, ограничений никаких нет. Полиция работает хорошо, усиленно дежурит во всех населенных пунктах и следит за ситуацией даже с использованием беспилотных летательных аппаратов. Ни одного случая мародерства на данный момент не было.

— Сегодня в соцсетях и блогах обсуждаются очередная фотосессия балерины Анастасии Волочковой, которую она сделала в затопленных поселках. Вы ее видели?

— Если честно, то мы здесь все очень заняты спасением людей, нам некогда смотреть социальные сети. Люди заняты совсем другим, поэтому им все равно, кто и как там фотографировался.

— Как обычно проходит ваш рабочий день?

— Работаем с учетом ситуации. Получаем информацию, обрабатываем ее, выезжаем на места, встречаемся со спасателями, разговариваем с людьми, смотрим, как работает власть на местах.

— Есть у вас претензии к работе подчиненных?

— Ситуация конечно нестандартная, но люди стараются, делают все возможное. Сейчас решают вопрос с документами для людей, чтобы они могли получить компенсацию, решают бытовые вопросы. Работы очень много. Если кто-то не справляется, делаем замечания.

— Приходилось ли вам заниматься вместо них мелочевкой?

— Нет, у нас есть штаб, есть компетентные люди. Вопрос скорее стоит о правильной организации работы и контроле за исполнением. Хотя при каждом посещении поселков появляются частные вопросы, которые нужно решать, что-то подсказать людям, взять на себя ответственность за что-то.


Читайте полную версию на сайте