За 40 лет барнаульский меломан собрал 5 метров виниловых пластинок

Барнаулец Иван Крапопов уже почти сорок лет собирает виниловые пластинки, пишет "Вечерний Барнаул"

Контрольный выстрел

Свою коллекцию Иван Крапопов измеряет не в штуках, а в метрах. Если поставить плас- тинки боком, то ряд растянется на пять метров. Такое масштабное собрание звукозаписи Иван Сергеевич даже дома не хранит, место не позволяет.

До 15 лет его музыкальные пристрастия ничем не отличались от вкусов сверстников 1970-х. Любил "Песняров", слушал Аллу Пугачёву и Марка Бернеса. Но все изменилось, когда его после восьмого класса устроили помощником художника-оформителя в клуб ТЭЦ-2 – парень хорошо рисовал. Там-то ему и дали послушать бобину, которая изменила его жизнь.

– Мне дали запись с Дэвидом Боуи и Deep Purple, их альбом Machine Head, – вспоминает Иван Сергеевич. – На меня услышанное произвело сильное впечатление, так как никто ничего подобного у нас в стране не играл. Причем понравились не столько Deep Purple, сколько Боуи. А второе, что я услышал, – Pink Floyd, альбом Dark Side of the Moon. Это был контрольный выстрел. Больше я уже ничего слушать не мог, эту пластинку крутил до потери пульса.

Записи зарубежной музыки в те годы купить в магазинах было невозможно. Их переписывали друг у друга, обменивались пластинками на барахолках. Один из таких "пятачков" был на проспекте Космонавтов в районе мясокомбината. Туда вскоре Иван Крапопов с друзьями и отправился покупать свою первую пластинку.

– Скинулись с пацанами, кто по рублю, кто по пять, и купили альбом группы T-Rex. Пластинка оказалась пиленая-перепиленая. Пришли домой, поставили, а там скрип один, слушать невозможно. 45 рублей за нее отдали. Конечно, нас нагрели – пацаны пришли, картинку увидели, глаза выпучили, вот нам ее и продали.

Жене на хранение

Зарубежные пластинки в те годы стоили немалых денег, поэтому большие коллекции редко у кого встречались. Кто обладал собранием из 20 и уж тем более 40 штук – считался чуть ли не богом. Некоторые свои пластинки не только слушать не давали, но и посмотреть разрешали, не выпуская из своих рук. Пластинки отечественных исполнителей при этом свободно продавались в магазинах, но за ценность их не считали.

Музыка тем временем стала неотъемлемой частью жизни Ивана Сергеевича. Чтобы покупать новые записи, он занялся подпольным бизнесом – фарцовкой. И вскоре его статус вырос. "Меня считали крутым, так как знали, что могу любую запись найти, достать джинсы и сигареты", – с улыбкой вспоминает Иван Крапопов.

Причем родители до поры до времени не подозревали, чем занимается их сын и что за пластинки он приносит домой.

– Я говорил, что взял послушать. Ну стоит на полке Пугачёва и Дженесис "Фокстрот" – мама даже не особо понимала, что это. Вот мы смотрим на улицу, видим машину. Если не знать, что она стоит миллион, то и не видишь в ней ничего особенного. Так и с пластинками. Но однажды у меня деньги нашли, как я их ни прятал. Я в то время еще фотографией занимался, сказал, что делаю альбом для класса, на это одноклассники скидывались. Поверили или вид сделали. Я учился нормально, не курил, нигде не шатался, музыкой занимался. Это меня и спасало.

Когда пришло время идти в армию, часть пластинок продал, часть упаковал в коробку, обложив газетами, заклеил и отдал на хранение будущей жене. Коробка дождалась его, на первый взгляд, в нетронутом виде. Но через несколько лет супруга призналась, что открывала ее, хотела послушать, а потом старательно все возвращала в первозданный вид.

– Жена мои музыкальные увлечения разделяет. С ней вместе мы как-то были на концерте Пола Маккартни. В зале были в разных местах, она ближе к сцене. После концерта сказала: "Маккартни спел мне Yesterday. Я теперь его люблю".

Легенда в руках

Сейчас найти интересную пластинку стало гораздо проще: все можно купить на интернет-аукционах, только деньги давай. Много в коллекции Ивана Сергеевича так называемых первопрессов – пластинок из первых партий, они представляют наибольшую ценность. А есть в собрании винила вообще эксклюзивные экземпляры.

– Пластинка Питера Хэммилла – таких всего 500 штук в мире, в продаже они официально не были. Когда-то Хэммилл решил написать рок-оперу по произведению Эдгара По "Падение дома Ашеров". 15 лет писал, а когда все было готово, продюсеры ее не оценили. Он на свои деньги выпустил ее ограниченным тиражом и раздавал бесплатно. На одном из аукционов я ее нашел.

Еще одна редчайшая вещь, увы, недавно покинула коллекцию Крапопова.

Есть у группы Deep Purple альбом Made in Japan – живая версия концерта в Японии. У этого популярного альбома существует еще одна, более редкая версия – Live in Japan. Звук на ней один в один, как на более известной пластинке, но отличается оформлением.

– Есть такие пластинки-мифы: вроде бы они существуют, но их никто не видел из-за их редкости. Я думал, что Live in Japan – одна из них. Однажды моему другу пришли 500 пластинок из Японии, он уехал, позволив мне первому в посылке покопаться. Перебираю, увидел Live in Japan, даже сначала внимания не обратил. Потом думаю: "Что-то не то". Вернулся к ней, внимательнее вгляделся, у меня даже глаза на лоб полезли. Я держал в руках легенду. У друга купил ее за копеечный ценник. А потом как-то в шутку выставил на аукционе – и ее вдруг забрали. Расстроился, конечно, но при этом удалось подружиться с продавцом, потом у него сам какие-то пластинки покупал.

Для прослушивания музыки у Ивана Сергеевича сейчас остался только один проигрыватель – 1970-х годов. А вот головок для него несколько – своя для каждого поколения.

В советское время Иван Сергеевич легко мог выложить за пластинку 75 рублей (по сути, больше половины среднестатистической зарплаты). "Я не жался, не торговался, мог даже поменять свою более дорогую на более дешевую без доплаты. Кому-то была радость, что он деньги сэкономил, а мне – что я что-то новое послушаю. Я этим занимался не ради денег, а ради музыки", – рассказывает Иван Сергеевич.

С годами к пластинкам он стал относиться более спокойно.

– Раньше бы за некоторые удавился, а сейчас считаю, что не стоит душу отдавать за такие ценности. У меня жена, дети, растут внуки – это гораздо большая ценность, чем все остальное вместе взятое.

Есть в коллекции Крапопова много пластинок, которые он даже ни разу не распаковывал.

– Если из всего собрания винила я метра два послушал – уже хорошо. Лет пять назад решил собрать весь The Beatles. Восемь штук до сих пор стоит запечатанных. Выставил их ради интереса на аукцион, а никто не покупает, хотя в таком состоянии их практически не найти.

Ожидание Уотерса

Многих легендарных музыкантов Иван Сергеевич слушал не только на пластинках, но и в живую. Он был на концерте King Crimson, слушал Пола Маккартни на Красной площади, в Египте неожиданно попал на выступление Boney M. Но всегда группой его жизни оставался Pink Floyd, на выступлениях басиста группы Роджера Уотерса он был два раза.

– В 2006 году Уотерс приезжал в Москву с программой Dark Side of the Moon. И так получилось, что я оказался в одной гостинице с ним. В Москве я был по рабочим делам, и мне эту новость сообщил наш директор по продажам. Я весь вечер прождал Уотерса в футболке Pink Floyd и с фотоаппаратом в руках, в окно видел, как его привезли к гостинице, но его завели с другого входа, обходными путями. Обидно было. Но зато услышал ту программу, с которой началось увлечение музыкой. Так, как в 1975 году, не торкнуло, но все равно было круто.

Читайте полную версию на сайте