«И принц - молодец. От него же многое зависело»: российские моряки рассказали о том, как их спасли

Накануне, 1 декабря, российские моряки Виталий Карпенко и Роман Савин прилетели в Москву из Лондона. Они работали на cухогрузе Swanland, который затонул в ночь на 27 ноября в 20 милях от полуострова Ллин (Великобритания). Из восьми членов экипажа пятеро числятся без вести пропавшими,  еще один - старпом Леонид Сафонов найден мертвым. Матрос Виталий Карпенко и второй помощник капитана  Роман Савин были  спасены при непосредственном участии Принца Уэльского - пилота-спасателя Королевских ВВС.

Виталий Карпенко и Роман Савин рассказали "Известиям" о том, как их спасал принц Уильям Уэльский.

  - Ваше судно выполняло рейс порт Рейнджетти – порт Коулз (Великобритания). Что же все-таки произошло в ту ночь, почему судно вышло в море в такой шторм?

Роман Савин (Р.С.)

- Шторм был. Но мы выходили в море и в более суровую погоду. Сказать точно, что произошло, не могу. Возможно, что судно, как бы провисло на гребнях двух волн и треснуло. Такое бывает.  Я увидел, как  начал деформироваться фальшборт и поднял тревогу. 

Виталий Карпенко (В.К.)

- Там же все очень быстро случилось, где-то минут семь–восемь с момента сигнала тревоги прошло. Я гидрокостюм до конца едва успел застегнуть, мы все выбежали на палубу, а дальше нас накрыла еще одна волна.   

 - Как же вам удалось выбраться?

 - Р.С. Когда вынырнул, услышал как надувается спасательный плот, который отстреливается автоматически от судна. Я на этот звук стал тянуть рукой, и наткнулся на плот стал цепляться, и в конце концов заполз.

- В.К. А  меня фактически, Роман спас. Я до плота доплыл. И все понял, что все – сил нет. У меня все свело.  И хочу кричать, а язык к небу прилип.  И тут Роман стал меня затаскивать. Он мне помог. Мы кричали, думали, остальные сейчас подплывут, а никто так и не приплыл.  А в трех милях от нас танкер шел.

А плот был заметен в темноте?

- Р.С. На плоту должно было быть аварийное освещение. Но оно почему-то погасло. Но были еще сигнальная ракетница и фонарь. Чтобы их найти мне пришлось гидрокостюм снимать, я в последний момент под него мобильный телефон засунул, вот мобильником и освещал пока фонарь и ракетницу искал. Боялся, вдруг плот перевернется, и все без гидрокостюма не выживу. А потом из ракетницы стал стрелять в сторону танкера.

- B. К.  Танкер нам прожектором несколько раз светанул. Дал понять, что наш сигнал заметили. Наверное, с этого судна и вертолеты координировали, по крайней мере, уточняли наше местоположение.  Но пока не прилетели вертолеты, было страшно. Плот швыряло из стороны в сторону. А у меня сознание будто раздвоилось. В голове две картинки. На одной вижу все, что передо мной, а на другой я за собой сверху наблюдаю. Вижу плот, себя в нем. Потом прилетели вертолеты, и нас подняли. Я не могу этот момент описать.

- А когда вы узнали, что в операции по вашему спасению принимал участие принц?

- В.К. На берегу местные сказали, что один из пилотов был принц. А так на нем же не корона, а шлем был надет. Откуда мы знали.

- Р.С. Нас когда подняли на борт, мы сидели сзади справа, а он слева - на месте пилота. А потом нас выгрузили. Вначале в госпиталь отвезли.  А потом начались опросы:  полицейские с нами беседовали, и представители флага, и спасатели где-то до 12 ночи все это длилось. И про принца в тот день больше никто не вспоминал.

- Наши власти собираются его наградить?

- В.К. Нас тоже дипломаты вчера спрашивали, а корректно ли будет ему благодарность объявить?

- А вы что ответили?

- В.К. Я лично благодарен всем, кто нас спасал. И принц - молодец.  От него же очень многое зависело.  Погода нелетная, а они вылетели. Им же даже не с первого захода удалось к нам подобраться. Cпасатель только со второго раза к нам спустился.

- Р.С.  Как можно не быть благодарным, если тебе спасли жизнь?

- Вы останетесь в профессии после этого ЧП?

- Р.С. Я лично еще не решил. Не знаю. Возможно, буду ходить в море.

- В.К. Я тоже не знаю. Вначале нам надо все документы будет восстановить нужно. Я то хоть, в последний момент паспорт успел в трусы засунуть, а у Романа вообще не одного удостоверения не сохранилось. Но я если и буду работать, то уже не в этой компании.

- Что плохая компания?

- В.К. Наоборот, хорошая. Я с 2005 года на этом судне хожу и не одного ЧП не случалось, и платили всегда во время. Но я матрос–экскаваторщик, и в компании это было единственное судно, где нужен был такой специалист. Теперь больше этого судна нет. И вообще, не до работы будущей сейчас.

- Р.С. Вы поймите. Нам же еще с родственниками ребят общаться. Я не знаю. Но тяжело все это. Мы выжили, а они нет.


Иллюстративное фото с сайта https://www.izvestia.ru/news/508438.

Читайте полную версию на сайте