"Может снизить зарплаты". Эксперты оценили риски обязательной отработки после медвузов
Вступивший в силу закон об обязательной отработке в госучреждениях выпускниками медицинских вузов более проработан в юридическом плане, чем предыдущие редакции, однако способен улучшить ситуацию лишь временно, поскольку не направлен на долгосрочную перспективу, считают опрошенные amic.ru эксперты.
17 ноября президент России Владимир Путин подписал закон, фактически обязывающий выпускников медицинских вузов отработать под руководством наставника первые три года практики в государственных учреждениях, оказывающих услуги по ОМС. Документ делает целевыми все бюджетные места в ординатуре. В случае нарушения выпускником этого условия ему придется выложить серьезный штраф и оплатить стоимость первого года обучения в вузе. Не секрет, что многие медики остались недовольны этим законом, выразив свои чувства в соцсетях. По их мнению, кадровую проблему власти пытаются решить не улучшением условий работы врачей, а банальным принуждением.
«В настоящее время меры по принуждению к отработке относительно мягкие, но все же это принуждение, поэтому часть студентов, обучающихся за свои деньги, будут отрабатывать под давлением. Иначе им придется каждые пять лет проходить первичную аккредитацию, что сильно усложнит жизнь», – оценил новшество заведующий терапевтическим отделением в одной из поликлиник Санкт-Петербурга, администратор Telegram-канала "Поясни за мед" Иван Давыдов.
Впрочем, он не сомневается, что среди студентов найдутся и те, кто позитивно воспринимает новый закон:
«С другой стороны, уже сейчас значительная часть выпускников сами устраиваются в государственные больницы, чтобы набраться опыта, таких не нужно будет заставлять».
Не совсем понятно, какую стратегическую цель преследуют авторы принятого закона, каким видят систему здравоохранения в будущем, ведь наполнение кадрами медучреждений является всего лишь инструментов, недоумевает руководитель движения "Лига защитников пациентов" Александр Саверский.
«В Советском Союзе распределение выпускников и отработка имели ценность не только как закрытие кадрового вопроса в медицине, но были направлены на то, чтобы молодой работник получал опыт, видел окружающую жизнь, что действительно было важно. А сейчас чего мы от них хотим?»
Иван Давыдов сомневается, что государственное принуждение в условиях рыночной экономики приведет к положительным последствиям:
«Например, это может привести к снижению зарплат врачей за счет искусственного притока в учреждения специалистов. Не исключен рост неприязни врачей к государственной медицине, которую врачи и так не любят из-за нагрузок, начальственного произвола и жалоб пациентов».
Медик также не сомневается, что врачи, отработавшие свой трехлетний срок, в дальнейшем из-за накопленного негатива пойдут работать исключительно в частные клиники.
Что касается решения кадрового вопроса, то в первые годы действия закона врачей в государственной медицине точно станет больше, уверен Иван Давыдов:
«Но это будут абсолютно демотивированные врачи, которых силой принуждают к умственному труду в изматывающих условиях. К тому же наполняться будут учреждения в первую очередь больших городов, потому что устроиться в крупную больницу намного лучше, чем работать на селе».
Изначальная концепция закона, предполагавшая распространение обязанности по целевому обучению на всех без исключения бюджетников, не сохранилась в окончательной редакции, указывает кандидат юридических наук, адвокат, председатель совета учредителей АНО "Национальный аналитико-экспертный центр здравоохранения" Полина Габай.
«Ключевое изменение – норма об обязанности заключать целевые договоры сохранилась только для тех обучающихся, которые поступили на бюджетные места в ординатуру. Однако здесь стоит обратить внимание, что ст. 56 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации" говорит о целевом обучении как о праве обучающегося. То есть уже читается некое противоречие, несмотря на смягчение итоговой редакции закона», – пояснила она amic.ru.
В то же время риск массовых жалоб выпускников и разбирательств в судах, по ее мнению, чрезвычайно низок:
«Потенциальные судебные споры, скорее всего, сместятся в плоскость оценки частных случаев: правомерности расторжения целевого договора, соответствия студента требованиям заказчика и, что наиболее вероятно, соразмерности применения финансовых санкций в случае их взыскания».
А вот введение института наставничества, напротив, выглядит как наиболее бесспорная и позитивная часть реформы с юридической точки зрения, убеждена Полина Габай:
«Обязательность его прохождения для молодых специалистов, независимо от формы обучения (бюджетная или платная), создает единый стандарт качества подготовки и повышает уровень защищенности пациентов при должной его организации. Таким образом, закон в его текущей редакции выглядит значительно более проработанным и юридически устойчивым. Дальнейшая его судьба будет зависеть от правоприменительной практики и качества исполнения».
Александр Саверский опасается, что закон станет стимулом для так называемого внутреннего перераспределения и сомнительных процессов:
«Многие студенты будут переводиться на близкие специальности – например, ветеринарию. Кто-то будет рожать детей, "находить" у себя какие-то болезни – делать, чтобы избежать отработки».
По мнению собеседника, государству следует вести в сфере образования более осмысленную политику.
«Здесь, получается, медики дискриминированы – им нужно отрабатывать, а представителям других специальностей – нет. Если мы хотим, чтобы у нас действительно было социальное государство, необходимо не затыкать кадровые бреши, а вести осмысленную политику, создавать условия для работы и не социальное напряжение там, где его не должно быть», – заключил глава Лиги защитников пациентов.