За свободой и в день рождения: где в Барнауле прыгнуть с парашютом

В глубине души прыгнуть с парашютом хотел бы каждый, но часто страх побеждает мечты о небе. В свой день рождения корреспондент amic.ru Анна Кольченко не дала ему победить.

И вот суббота, раннее утро, аэродром "Лесной" в Первомайском районе. Здесь базируется Барнаульский авиационно-спортивный клуб ДОСААФ России — это единственное место в Алтайском крае, где можно совершить прыжок с парашютом. Вместо праздничного торта и свечей  у Анны — шум мотора самолета. В материале amic.ru она рассказала все, что нужно знать о прыжке с парашютом: от подготовки до приземления.

Как попасть на прыжок

Попасть на прыжки можно только по предварительной записи. Прыжки проходят по выходным, а запись открывается в середине недели. Так у инструкторов есть время посмотреть прогноз, понять, летная ли погода, и, конечно, подготовить парашюты.

Прибыть на аэродром нужно рано утром — к 08:00. С собой обязательно возьмите паспорт. Одежда — отдельная тема. Инструкторы советуют выбирать удобную обувь без каблуков: берцы или кроссовки. Из одежды — спортивный костюм, джинсы или камуфляж, все должно быть закрытым. Никаких шорт, юбок и открытых плеч: в воздухе холодно, а при приземлении можно поцарапаться о траву или ветки.

Приезжая на аэродром, рассчитывайте, что проведете здесь целый день: сам прыжок с парашютом длится три минуты, а вот подготовка к нему занимает гораздо больше времени.

Пролетел на метле

Первым делом идем на регистрацию. Заполняем документы и обязательно оформляем страховку. Стоит она 350 рублей. Без нее к прыжку не допустят. Дальше — медик: он измеряет давление, спрашивает о жалобах, травмах и настроении. Если все в порядке — добро пожаловать в небо.

Пока жду начала инструктажа, разглядываю стены административного здания. Они увешаны фотографиями: самолеты, прыжки, полеты. Автор этих снимков — Сергей Мишуров. Ему 61 год, на его счету 938 прыжков. Один раз он даже летал на настоящей метле, тоже празднуя день рождения.

Сергей Мишуров — полет на метле на высоте 1500 метров / Фото Антона Кутнишенко "Этот случай был двадцать лет назад, на мое сорокалетие, — рассказывает Сергей Мишуров. — Спасибо Антону Кутнишенко — воплотил мою идею, сфотографировал. Помните, такой был Canon, маленькая «мыльница», цифровые фотоаппараты. Вот он на него эту фотку и сделал. Он сидел в двери, а я выходил. Высота была 1500 метров. Молодость прошла, юмор уже не такой. Сейчас летаем в вингсьютах (специальный аэродинамический костюм, который позволяет человеку выполнять планирующие полеты в воздухе. — Прим. ред.). В среднем пролетаем от двух до четырех километров. Вот теперь этим балуемся".

Учимся летать

После медика идем в бухгалтерию на оплату. Стоимость самостоятельного прыжка — 9350 рублей (с учетом страховки). Для студентов-очников, несовершеннолетних и ветеранов боевых действий действует скидка 1000 рублей. Прыжки в тандеме здесь не проводят — ближайшие для этого площадки находятся в Мочище (Новосибирская область) и Танае (Кемеровская область).

И вот здесь начинается самое интересное — инструктаж. Два с половиной часа теории пролетают как один миг, потому что говорит не лектор с указкой, а человек, который сам прыгал несколько тысяч раз.

"Парашют Д-10 надежный, выдерживает до 140 килограммов. Купол — 100 квадратных метров, плюс запасной — 50 "квадратов". Этого хватит, чтобы приземлиться, даже если основной не раскроется. После прыжка отсчитываете: "121, 122, 123, 124" — и дергаете кольцо. Все просто", — объясняет парашютист-инструктор Барнаульского авиационно-спортивного клуба ДОСААФ России Владимир Гриднев.

Ему 74 года, за спиной — более четырех тысяч прыжков, и он до сих пор прыгает.

Владимир Иванович показывает все: как устроен парашют, как действовать, если купол не раскрылся, как не столкнуться с другим парашютистом, как приземляться, если тебя сносит в лес или на дачи.

Понятно, но страшно. Хотя, как потом скажет нам Владимир Иванович, бояться — это естественно.

"Нормальное состояние — человек должен бояться. Инстинкт самосохранения срабатывает. Даже это не от вас зависит", — объясняет он.

И от этих слов становится легче.

Практика на земле

Теория — это только половина дела, вторая половина — практика. Идем на улицу к тренажерному самолету, где отрабатываем отделение от воздушного судна. Каждый по очереди "выпрыгивает", считает: "121, 122, 123, 124" — и дергает кольцо. А дальше — по порядку, как учили: осмотреть купол, проверить свободные концы, придержать петельку на запасном, развернуться к аэродрому, посмотреть вниз и приготовиться к приземлению.

Дальше повторяем действия, но уже сидя в подвесной системе, чтобы прочувствовать, каково это — быть с парашютом. Здесь инструктор дополнительно дает вводные по нештатным ситуациям в небе: "А если вас сносит в лес? А если вы видите, что приземляетесь на дачу?"

"Всякое бывало: кто-то на деревьях висел, кто-то на дачи улетал. Погода в воздухе может резко поменяться — и тогда всякое случается. Поэтому и разбираем, как действовать в разных ситуациях", — говорит инструктор.

Потом — трамплин. С него мы отрабатываем приземление.

"Коленочки вместе, пяточки вместе, носочки вместе, ступни параллельно земле. Приземляясь, ни в коем случае ноги не разводим. Нужно напрячься в момент удара и упасть в ту сторону, куда качнуло", — повторяет инструктор.

"Счастливый" тринадцатый

Отработали и идем получать парашюты. Мне достается с номером 13.

"Счастливый тринадцатый", — шутят инструкторы.

Прыжки совершали с парашютами Д-10 / Фото Анны Кольченко Надеваем подвесную систему, шлемофон, перчатки. Нас проверяют — каждую пряжку, каждую лямку, каждое крепление.

Строимся по весу. Первыми прыгают тяжи. Я пятая в нашей десятке и первая в своей двойке.

Кто-то из нас приехал сюда, как и я, на свой день рождения. Кому-то прыжок подарила жена. Кто-то приехал, чтобы по-настоящему почувствовать свободу. Одна девочка — ей недавно исполнилось 14 — шесть лет ждала своего первого прыжка, потому что в России прыжки с парашютом разрешены только с 14 лет, а до совершеннолетия требуется письменное согласие родителей.

На взлетной полосе нас ждал Николай Радостев — он руководит клубом почти полвека. Николай Устинович — полковник запаса, мастер спорта СССР по высшему пилотажу, заслуженный тренер России. За его плечами более десяти тысяч часов в небе и свыше 500 прыжков с парашютом.

Николай Устинович пожелал нам удачного прыжка и мягкого приземления. На поле тем временем уже гудел зеленый Ан-2 — тот самый, что поднимет нас в небо. Он носит имя Владимира Лаврика, человека, который когда-то пришел сюда учиться летать, влюбился в небо и хотел возродить в Сибири целую авиационную систему.

В небе

Мы разгоняемся и поднимаемся в небо. За штурвалом — Александр Ковалев, летчик-инструктор первого класса. Ему семьдесят, но об этом он, кажется, и не вспоминает. В барнаульском авиаклубе он с 1979 года — более сорока лет в небе. За это время налетал свыше шести тысяч часов.

Он не просто пилот. Именно Ковалев вместе с товарищами создал на аэродроме музей авиации: сюда привозят списанные самолеты со всей страны, чтобы дать им вторую жизнь. Он же руководит полетами. Рядом с таким пилотом чувствуешь себя спокойно.

Я сижу напротив двери и наблюдаю, как Барнаул становится все меньше, дома превращаются в точки, ленточный бор, река и поля становятся такими крошечными, что дух захватывает.

С нами в самолете — старший инструктор Николай Атаманов. Он снимает прыжки на камеру GoPro — эти кадры потом можно взять на память. Инструкторы рекомендуют прыгать без телефона: в воздухе его легко потерять. В моем прыжке как раз был такой случай — один из ребят уронил телефон прямо в небе.

Прыгаем двойками. На 700 метрах инструктор выбрасывает пристрелочный парашют с грузом, чтобы летчик понял, куда нас будет сносить ветром. Так он определяет, где нас выбросить, чтобы все приземлились на поле, а не в лес.

Владимир Гриднев тоже летит с нами. Он выпускает парашютистов: помогает занять правильное положение у двери, следит за каждым, командует: "Пошел!" За его спиной — парашют. Он прыгает крайним, после всех.

"Для первого прыжка ветер — прям на грани", — говорит Владимир Иванович.

Но в целом за бортом погода ясная, +20.

Поднимаемся до 900 метров. Дверь открывается. Первый пошел.

Готовится наша двойка. Я первая. Когда инструктор хлопает меня по плечу, я не сразу шагаю в воздух. Не скажу, что боюсь, — просто нужно было сильно выдохнуть и прыгнуть. Считаю, дергаю кольцо. Осматриваю купол, регулирую свободные концы, а потом все идет не по плану...

Я переборщила со стропичкой — и раскрылся запасной парашют. Но я не теряюсь, хоть и нахожусь в сотнях метров над землей, делаю то, чему учили на инструктаже: не даю запаске наполниться воздухом, придерживаю ногами. Внизу с поля парашютистам инструктор подсказывает, куда двигаться, чтобы комфортно приземлиться. Слушаю команды и управляю парашютом. Немного мешают эти 50 метров полотна запасного парашюта, которые болтаются между ног, но приземляюсь нормально — на поле.

И вот тут — самый кайф. Лежишь на траве, и этот запах — лесной, душистый! И такая разрядка! Но долго лежать нельзя: ветер может потащить купол по полю. Поэтому быстро гасишь парашют — подтягиваешь стропы, чтобы ткань сдулась и упала. Потом собираешь его, складываешь и идешь обратно на аэродром.

Там сдаешь парашют и получаешь сертификат о прыжке — маленькая бумажка, а приятно. В ней написано, что ты совершил прыжок с парашютом. Первый, второй, третий — неважно. Главное, что ты это сделал. И чувство: "Вот это я крутая! Вот это я могу!"

Почему стоит прыгнуть

Это был мой второй прыжок. Первый я совершила десять лет назад и планирую третий — чтобы получить спортивный разряд по парашютному спорту. Но это уже в следующем году. Сезон прыжков в Барнауле начинается в апреле и заканчивается в конце сентября — начале октября. В холодное время года здесь не прыгают: нет финансирования на зимнюю подготовку.

А ведь когда-то этот клуб гремел на весь Советский Союз. Вот что говорит сам Николай Радостев о Барнаульском авиационно-спортивном клубе ДОСААФ России:

"Клуб гремел на весь Советский Союз. В России обыгрывали всех. В сборной СССР было много представителей барнаульского клуба. Мы в день делали до двухсот прыжков, в год — до 15 тысяч. Сейчас мы тысячу не набираем даже".

Здесь выросли Лидия Еремина — абсолютная чемпионка мира 1966 года, заслуженный мастер спорта СССР; Сергей Разомазов — заслуженный мастер спорта, восьмикратный чемпион мира, главный тренер сборной России по парашютному спорту; Елена Житнева — трехкратная мировая рекордсменка, на счету которой шесть тысяч прыжков (абсолютный рекорд Алтайского края); Александр и Ольга Лепезины — заслуженные мастера спорта и чемпионы мира по акробатике; Владимир Мекаев — мастер спорта, погибший при выполнении прыжка на пик Ленина в 1968 году, и другие, чьи имена навсегда вписаны в историю барнаульского парашютизма.

Барнаульский авиационно-спортивный клуб ДОСААФ России / Фото Анны Кольченко Еще одна важная вещь, о которой говорит Николай Устинович: опытных инструкторов, готовых учить спортсменов высокого уровня, сегодня единицы. Тем ценнее каждый, кто здесь работает. Это люди, искренне влюбленные в небо, которые отдали авиации десятилетия и не собираются останавливаться.

Пока они здесь, пока кто-то впервые шагает за борт — клуб живет. И каждый, кто приходит на аэродром, становится частью истории легендарного Барнаульского авиационно-спортивного клуба ДОСААФ России.