"Мама, спасибо, что я лысая": как единственная на Алтае модель с алопецией покорила Питер

Еще несколько лет назад юная жительница Барнаула София Пакшина зализывала волосы гелем перед выходом на танцевальный паркет и брала кубки. Потом на затылке девочки родные увидели небольшую залысину и впервые услышали слово "алопеция"… Длинные темно-шоколадные волосы Сони выпали за считанные месяцы, а с ними — брови и ресницы. Танцы пришлось оставить и сделать тяжелый выбор между волосами и здоровьем.

Сегодня Соня дефилирует на модельном подиуме. Делает это без парика или косынки. Она стала единственной в Алтайском крае моделью с алопецией и недавно привезла из Санкт-Петербурга победы сразу в нескольких номинациях.

О том, как отсутствие волос стало главным козырем девочки, читайте в материале amic.ru.

"Мы тут как аборигены волосатые ходим"

С трех лет София Пакшина занималась художественной гимнастикой. Там она приобрела первые навыки грации и села на шпагат. Еще через три года Соня перешла в спортивно-бальные танцы. Брала призовые места, первые дипломы и грамоты. Мама делала дочери прически на выступления. Тогда семья Пакшиных и слова такого не знала — "алопеция".

Первый очажок заметила бабушка — за ухом, размером с пятак. Соне тогда было 9 лет. Педиатр отправил к дерматологу, тот подтвердил диагноз — алопеция. Это аутоиммунное заболевание: иммунитет принимает волосяные фолликулы за чужеродные и атакует их.

"Я вообще не знала даже этого слова — "алопеция", что оно обозначает. Потом начала гуглить, думаю: да нет, это точно не про нас. Шевелюра у Сони такая! У нее брови срастались, я депиляцию воском делала. Думаю, какое там облысение, мы тут, наоборот, как аборигены волосатые ходим! А потом как пошло-пошло это все..."

Начались кремы, витамины, обследования, гастроэнтерологи, инфекционисты, УЗИ, анализы. Ничего не помогало. С каждым днем волосы лезли все сильнее — оставались на подушке, смывались в душе.

"Мы так это долго переживали, нам было очень плохо. Дочке я старалась этого не показывать, мне же ее надо было поддержать. А сама по ночам просто плакала от бессилия", — вспоминает мама девочки Светлана.

Врачи в Барнауле сделали для Софии все что могли — безуспешно. Оставалась надежда на Москву и профессора, который специализируется именно на алопеции.

"Нам дают квоту, мы прилетаем в столицу, и нам говорят: единственный шанс — это препарат-иммунодепрессант. Он подавляет иммунитет и останавливает потерю волос. Но сразу сказали, что препарат серьезный, поэтому необходим контроль органов каждые две недели, полное обследование крови. Никаких гарантий, что органы не пострадают".

"Лучше без волос, чем без органов"

Светлана вошла в сообщество людей с алопецией. Начала изучать их истории и отзывы о препарате.

"По России нас больше тысячи. И в Барнауле есть алопеты. Мы просто об этом не знали. Оказалось, что эти люди вокруг нас", — делится Светлана.

Многие принимали этот препарат как единственную надежду, которая могла остановить болезнь. Но отзывы, по словам Светланы, были страшные:

"Он останавливает выпадение волос, даже рост обратно появляется. Но это до первого сбоя в организме. Стресс, иммунитет упал, антибиотик назначили — и можно проснуться снова без волос".

Фото Анны Кольченко Отзывы пугали, но и без лечения было страшно. Семья решилась. Проблема была в другом: препарат в России не продавался. Светлана работала в индийской медицинской компании, и ее руководитель помог достать препарат за границей. О деньгах даже речи не зашло: "Это просто помощь".

Пропили десять дней. А потом Пакшиным пришлось выбирать между волосами и здоровьем. Врачи не давали гарантий, и препарат мог ударить по органам.

"Я посоветовалась с коллегами-врачами. Мы поговорили с Соней. Я сказала ей: "Знаешь, лучше без волос, чем без органов!" И мы приняли решение отказаться от препарата".

"Последний раз, когда у меня были волосы"

Последнее выступление на танцевальном конкурсе Соня вспоминает с горечью. Тогда она вышла на паркет с волосами, взяла кубок, а вечером случилось страшное.

"На танцах у меня была зализанная гелем укладка. Вечером начала мыть голову и просто вместе с гелем смывать волосы", — вспоминает София.

Тогда девочка смыла почти все свои волосы. В 11 лет у нее не осталось ни бровей, ни ресниц — тотальная алопеция. Танцы пришлось оставить.

"Тяжело было, грустно. У Сони были перспективы", — говорит Светлана.

Именно танцы и гимнастика дали нашей героине осанку, пластику, умение чувствовать музыку и сцену. Позже это станет ее преимуществом на подиуме.

"Наш человек"

В один миг девочке остаться без волос — как будто бы это невозможно принять. Тогда Соне купили первый парик. Искусственные семья даже не рассматривала — такой, из термоволокна, через какое-то время превращается в мочалку. Брали только натуральный. Первый был со славянским волосом, второй привезли из Малайзии. Такие парики стоят недешево — от 200 до 300 тысяч рублей. Но служат долго, если носить аккуратно: мыть раз в месяц, раз в год отдавать на профессиональную реставрацию.

Школа, парик, косынка. Соня пряталась. Ей хотелось раскрыться, но было страшно.

"Я каждый день думала: ну вот сегодня я точно сниму косынку и пойду", — делится она.

Переломный момент наступил в модельном агентстве Style. Мама сама нашла его в интернете, написала и скинула фото дочки. Честно предупредила: у девочки нет волос. Директор агентства Татьяна Баева ответила, что особенности внешности даже приветствуются, и пригласила на просмотр.

В агентстве на Соню посмотрели и сказали:

"Однозначно наш человек. Даже без всяких париков, ничего этого носить не надо".

Но первое время она все равно носила косынку. Пока одна из моделей сама не побрилась налысо и не пришла так на занятие.

"Я такая думаю: ну это мой шанс. Мы стоим на хореографии, разминаемся, и я просто снимаю косынку. Все на меня смотрят, и мы две такие стоим лысые, — вспоминает Соня. — После этого я перестала бояться. Помню, как первый раз на показ вышла лысой. Это был Хэллоуин в модельном агентстве. Там были не только модели, но и другие гости. Многие на меня оборачивались. Я пережила это, и дальше пошло уже спокойнее".

Покорила Питер

В модельном агентстве Style Соня занимается уже пятый год: показы, фотосессии, конкурсы. За это время она взяла Гран-при на "Кубке Сибири по дефиле" и недавно вернулась с крупной наградой из Санкт-Петербурга.

Она стала участницей международного дизайн-проекта "Золотая нить" — одного из крупнейших конкурсов для юных дизайнеров и моделей, который проводится в Северной столице уже почти 20 лет. Юные кутюрье привезли свои коллекции, а модели их демонстрировали. Жюри оценивало искусство дефиле и представление моделей, умение использовать аксессуары, выбор прически и макияжа. И, конечно же, зрелищность образов в целом.

Конкурс шел несколько дней: первый — дефиле дизайнерских коллекций, второй — подиумная модель соло. В жюри были актриса театра и кино и модель Соня Юрко, артистка Наталья Щербакова и другие приглашенные эксперты из Санкт-Петербурга.

Соня отмечает, что конкуренция среди моделей была очень серьезная:

"Я настраивалась выйти и победить. Но когда мы сидели за кулисами, я увидела других девочек: они выше меня, кто-то худее, красивее — как мне казалось. И уже не была так уверена. Но потом они выходили на сцену, дефилировали. Я смотрю: ходить они вообще не могут. И думаю: все, значит, возьму своим дефиле и лысиной".

Для сольного выступления она выбрала образ парижанки: черные шорты, бомбер в горох, каблуки и стразы вместо прически.

"Берет в жюри рекомендовали не надевать — он бы закрыл ее главную особенность. И сказали снять очки. Надо улыбаться глазами", — рассказывает Светлана.

Она поехала в Питер вместе с Софией — поддержать дочь.

"Там были достойные участницы. Образы у них были намного круче. На подиуме они выпендривались жестко. А я просто вышла, попозировала, особо ничего такого не сделала. Жюри улыбаются мне, я ухожу", — говорит Соня.

В итоге Соня взяла первое место в номинации "Подиумная модель" (соло) и первое место в номинации "Дефиле".

Главные слова

Именно в Питере после награждения Соня сказала свои главные слова:

"Мама, спасибо, что я лысая! Если бы я не была лысой, мне кажется, я бы не взяла эти награды. С волосами я была такой же девочкой, которых много. Я бы слилась в этой массе. Но меня выделила именно эта уникальность. И я умею показать это на подиуме".

Для Светланы это момент, которого она ждала годами. Все стадии — отрицание, стресс, неприязнь — эти сильные девочки пережили и оставили позади.

"Если эта ситуация была нам дана, значит, не просто так. Мы повернули ее во благо. Я всегда говорю: спасибо, что забрал волосами, а не чем-то другим", — рассуждает мама Сони.

Фото из личного архива героя публикации Общество не принимает

Себя Соня приняла — и семья вместе с ней. А вот выходить с этим к людям по-прежнему страшновато. Поэтому на улице и в школе она носит парик:

"Я никогда никому в школе открыто не говорила, что я лысая. Одна девочка знает, остальные, может, догадываются, но не подают виду".

В Питере она ходила по улицам без парика, и там это никого не удивляло.

"Там очень много интересных людей. Они идут, им абсолютно фиолетово друг на друга".

В Барнауле, по словам Пакшиных, с принятием сложнее. Светлана боится отпускать дочь куда-то одну. Однажды на Ленинском проспекте — в центре краевой столицы — когда Соня была без парика, из проезжавшей машины высунулся подвыпивший подросток и выкрикнул оскорбления в ее сторону.

"Я поняла, что без меня она никуда. У нас в городе общество не готово принять особенных людей. Все думают, что это ее прихоть — побрилась налысо — значит, можно поиздеваться и, не дай Бог, физическую силу применить", — с опаской говорит Светлана.

Так что пока свою особенность Соня открывает только там, где чувствует себя в безопасности — в модельном агентстве и на показах.

Плюсы жизни без волос

На вопрос о плюсах отсутствия волос Соня отвечает с улыбкой:

"Ну, во-первых, не жарко. Во-вторых, у меня нет волос на теле. То есть эпиляция и вот это все — мне не нужно".

"Как тебе повезло", — смеется мама.Фото Анны Кольченко "В-третьих, мне не надо задумываться, какая будет завтра прическа. Не надо каждый день мыть голову, можно просто водичкой протереть. Волосы не падают, не надо их подбирать по дому и из ванны вытаскивать, — продолжает наша героиня. — Могу, к примеру, несколько париков купить, и каждый день у меня новая прическа, новые волосы. Хотелось бы, конечно, свои ресницы. Ну, я их клею. Экономия на туши: могу купить большую пачку, мне ее на год хватит".

Кстати, шанс вернуть ресницы у Сони все-таки есть. Врач-офтальмолог под микроскопом видела, что они "прорезаются, но обламываются" — то есть фолликулы не зарубцевались.

"Я говорю: давай сделаем еще одну попытку, сходим к врачу. Попробуем не такие тяжелые препараты, есть намного легче. Может, хотя бы ресницам это даст какой-то толчок. Но мы не грезим, что они нам нужны. Будут — хорошо, нет — мы привыкли", — говорит Светлана.

"Мама — лучшая подруга"

На вопрос о том, кто ее главная поддержка, Соня отвечает не задумываясь:

"Самая лучшая подруга — это мама. Она меня всегда больше всех поддерживает. Она с детства меня на всякие кружки записывала, чтобы я раскрылась, чтобы я не стеснялась. И она мне помогала лечить алопецию. Она всегда меня поддерживала".

И это взаимно:

"Она знает, что и она у меня самая близкая подруга. Мне кажется, у нас нет секретов вообще", — говорит Светлана.

В планах у Пакшиных — новые конкурсы. Они готовы собирать чемоданы и покорять новые подиумы.

"Хотелось бы попробовать поработать моделью за границей. Но пока девятый класс, во время учебы не очень. На каникулах — да", — делится Соня.

Светлана смотрит на дочь и улыбается:

"Я мечтаю, чтобы все, что она себе задумала, у нее получилось".

А еще Соня хочет вернуться в танцы. Этим летом в Екатеринбурге она вышла на набережную и станцевала румбу и ча-ча-ча. Мимо шли люди, кто-то остановился.

"Похвалили, говорят: "Вам надо на большой подиум, так красиво было", — вспоминает Соня.

Она не загадывает, вырастут ли когда-нибудь волосы. Она просто выходит на подиум и доказывает: то, что когда-то казалось трагедией, может стать твоей силой.