"Алтайлес" назвал обвинения общественников самопиаром

Интервью с топ-менеджером алтайского лесного холдинга "Алтайлес" Валерием Савиным

08 июня 2016, 08:12, ИА Амител

''
''

Фото предоставлено пресс-службой холдинга "Алтайлес"

"Безбожно пилят лес, вывозят кругляком", — в последние годы вокруг известной на лесном рынке компании — холдинге "Алтайлес" — ходит много не самых приятных разговоров. Некоторые общественники и экологи сообщают о зафиксированных ими фактах нарушений лесного законодательства. Корреспондент информационного портала Amic.ru встретился с директором по лесному хозяйству холдинга Валерием Савиным. До недавнего времени он являлся генеральным директором ЛХК. Он постарался ответить на многочисленные претензии общественников.

— Валерий Владимирович, впервые за долгое время "Алтайлес" и оппозиционные общественники собрались за одним столом — на площадке алтайского отделения Общероссийского народного фронта. Начали с малого, но диалог все же можно назвать конструктивным.

— Мы всегда нормально общались со всеми заинтересованными сторонами, которые к нам обращались. У нас выстроены отношения с предпринимателями, учеными. Мы открыты.

— И тем не менее ваши оппоненты, будем их так называть, высказывают предположение, что вы идете на диалог с ними только из-за FSC-сертификата (независимая лесная сертификация, которой компания подтверждает легальность заготавливаемой древесины), который якобы нельзя получить, не разрешив социальные конфликты.

— Получение сертификата для нашей компании — это, прежде всего, подтверждение существующей у нас системы лесоуправления. Без правильного ведения лесного хозяйства получить его невозможно. Наш шаг на пути к сертификации доказывает, что мы готовы к ведению лесохозяйственной деятельности по требованию международных стандартов.

Процесс не быстрый. Документы мы готовим с ноября прошлого года.

— Это поможет вам расширить рынок сбыта?

— Сейчас мы получаем сертификат лесоуправления по процессам заготовки древесины. Это не дает нам возможности производимую продукцию реализовывать под знаком сертификата. То есть пока новых рынков сбыта перед нами не открывается.

Еще есть сертификация цепочки поставок: мы должны подтвердить, что изготавливаем продукцию из сертифицированного леса. Только потом мы ее можем продавать.

И для понимания: компания "Икеа", желание сотрудничать с которой нам сегодня приписывают, работает с березой, а мы сертифицируем сосну.

Для получения сертификата мы провели выделение лесов высокой природоохранной ценности. Документы направлены на согласование в WWF. Я думаю, это будет завершающим этапом нашей сертификации.

В целом сертификация, конечно, открывает новые возможности по сбыту продукции. Но это не основная цель. Цель — показать то, что мы открыты, готовы со всеми сотрудничать. Мы хотим развеять миф, что мы закрыты, никому не помогаем и ничего не делаем, что мы не социально ответственные.

— А вы социально ответственные?

— У нас трудится более четырех тысяч человек, поэтому мы уделяем большое внимание созданию комфортных условий для труда и жизни своих сотрудников: строим или предоставляем жилье молодым семьям, обучаем специалистов, оплачиваем обучение детей сотрудников профильным специальностям.

Компания оказывает поддержку детским садам, школам и другим объектам социальной структуры в сельских лесных районах.

Компания вкладывает более 300 млн рублей ежегодно в охрану, защиту и воспроизводство лесов. Нами создана одна из лучших систем охраны лесов от пожаров в стране. "Алтайлес" ежегодно перечисляет более 700 млн рублей в бюджетные и внебюджетные фонды. Компания поддерживает благотворительные мероприятия, проводит собственные акции по восстановлению лесов, озеленению городов и сел. За несколько лет мы бесплатно предоставили всем желающим более 10 млн саженцев хвойных и лиственных пород.

На базе группы предприятий компании созданы и действуют школьные лесничества, в которых занимается около 400 ребят. Это будущие лесоводы, которые сегодня имеют возможность учиться, заниматься исследовательской деятельностью, участвовать в региональных и всероссийских мероприятиях.

Питомник в Егорьевском районе

Фото предоставлено пресс-службой холдинга "Алтайлес"

Разве это не социальная ответственность?

Кроме того, компания уделяет внимание бережному хозяйствованию в лесу: не только сохраняет гнездопригодные деревья, но и строит новые гнезда для редких видов птиц, охраняет краснокнижные виды растений и животных.

Когда тысячи людей делают хорошее дело и молчат об этом, этого никто не видит. А один-два человека, которые говорят порочащие вещи, — это все всегда слышат. Но мнение нескольких людей не есть общественное мнение.

Повторюсь, в совещаниях на площадке ОНФ мы принимаем участие не из-за сертификата. Мы решили наконец заявить о себе, рассказать, что мы делаем.

— Вы сказали о выделении на своих участках лесов высокой социальной и природоохранной ценности на арендуемых вами территориях. Будут ли выделены такие леса, какой в них будет режим, сократится ли объем рубки на таких участках, если они будут выделены?

— Да, будут введены определенные ограничения по рубкам, в том числе и сезонность их проведения. Но следует понимать, что без проведения хозяйственных мероприятий в наших условиях невозможно сохранить и усилить защитные, водоохранные, санитарно-гигиенические и другие полезные свойства леса.

— На круглом столе ОНФ мелкие предприниматели из Мамонтовского, Завьяловского и Егорьевского районов высказывали множество претензий, и они это часто делают, о том, что "Алтайлес" или какая-то из компаний холдинга не продает древесину им для работы. В чем сложность, ведь они просят совсем небольшие объемы?

— Нужно понимать, что речь идет всего о трех предпринимателях. С предпринимателями из Мамонтово и Завьялово мы нашли общий язык. С предпринимателем из Егорьевского района мы не договорились. Там, очевидно, люди и не заинтересованы в этом. Они даже встречаться не захотели.

Дело в том, что они просят у нас то, чего просто нет. Вот надо им 1,2 тысячи кубометров в год первосортного леса определенного диаметра, и не важно, что на предприятии в Егорьевском районе этого просто нет. Такой лес можно получить только от рубок прореживания и проходных рубок, объем которых по предприятию просто ограничен. Такая древесина есть, но на других наших предприятиях. Ее можно доставить. Готовы ли они оплатить доставку сами?

Во всех других случаях нет никаких сложностей. С нашей компанией сотрудничает более двухсот предпринимателей.

— Уже несколько лет в регионе работают два лесопильно-деревообрабатывающих комбината (ЛДК) – Каменский и Рубцовский. Каков сейчас ежегодный объем переработки на каждом из предприятий? Вышли ли уже предприятия на полную мощность? Какой объем круглого леса без дополнительной обработки вывозится вами на продажу за пределы региона?

— В 2016 году Каменский ЛДК успешно завершил приоритетный инвестиционный проект по созданию площадки по лесопилению в Камне-на-Оби. Приказ о его выполнении был подписан руководителем Минпромторга РФ. Так что мы подтвердили взятые на себя обязательства по исполнению этой программы.

В данный момент Каменский ЛДК перерабатывает более 200 тысяч кубометров круглого леса в год, Рубцовский — около 300 тысяч кубометров. Комбинаты пока не вышли на проектную мощность, но мы к этому стремимся. Это около 250 тысяч кубометров по Каменскому и 400 — по Рубцовскому.

Помимо заводов, у нас хорошо развита глубокая переработка и в других направлениях. Работают цеха домостроения, цеха оцилиндровки, производим окна, двери и лестницы.

В перспективе строительство завода по переработке низкосортной древесины – осины, березы.

На выпуск продукции глубокой переработки расходуется 814 тысяч кубических метров — это 78,5% от всего объема заготовленной круглой древесины.

Практически весь лес уходит на глубокую переработку. И это при том, что объем заготовки древесины составляет всего 54% от разрешенного объема, который составляет 1 млн 900 кубометров по договорам аренды лесных участков.

Непонятные заявления о том, что мы вырубаем лес полностью, — откровенная ложь.

— А что вы можете ответить на заявления о том, что вы так и не смогли освоить направления глубокой переработки, а только "вывозите лес из края кругляком"?

— Это говорят люди, которые не знают цифр и реальной ситуации, более того, не знают, что такое глубокая переработка древесины. Только порядка 8% круглой древесины отпускается в страны ближнего зарубежья. Это в основном тонкомерная древесина, преимущественно от 8 до 13 см в диаметре, вагонная и рудничная стойка. Она просто не востребована на внутреннем рынке.

Остальная не используемая нами круглая древесина реализуется местному населению и местным предпринимателям. Таким образом, на внутренний рынок отпускается порядка 400 тысяч кубических метров круглой древесины.

— А рынки Сибирского федерального округа?

— Россия – достаточно лесная страна, наш лес не нужен ни в Иркутске, ни в Красноярске, ни в Томске, поскольку у них своего леса в избытке. Алтайский край — самый малолесный из регионов СФО. Потому в границах СФО круглый лес реализуется исключительно в Алтайском крае для нужд населения и местным предпринимателям.

— Валерий Владимирович, сейчас генеральным директором холдинга является Иван Ключников — сын бывшего начальника управления лесами Алтайского края Михаила Ключников. Когда Ключников-старший занимал этот пост, Иван уже работал в холдинге. Согласитесь, обоснованный вопрос и общественников, и журналистов, и экологов: нет ли здесь коррупционной составляющей? Отец — чиновник, сын работает на бизнес в той же сфере.

— В лесном хозяйстве традиционно, со времен зарождения отрасли, ценились лесные династии, преемственность поколений, передача опыта от отца к сыну. До 2007 года, пока не изменился Лесной кодекс РФ, не было разделения между бизнесом и чиновниками. Все работали на единый результат — на благо лесного хозяйства. Дети шли по стопам родителей, что в этом плохого?

Что касается вашего вопроса, на момент работы Михаила Васильевича начальником управления лесами его сын, Иван Михайлович, возглавлял Рубцовский ЛДК. Управление лесами не контролирует деятельность лесодеревоперерабатывающих комбинатов. Сегодня Михаил Васильевич руководит некоммерческой организацией — Союзом организаций лесной отрасли "Алтайлес", куда входят практически все лесные предприятия региона. В его компетенции — социальные вопросы, внесение предложений по совершенствованию лесного законодательства, внедрение современных методов в лесном хозяйстве, производстве.

Я тоже раньше работал в краевом управлении лесами. Когда произошло разделение, выбрал хозяйствующую структуру. И что, теперь надо говорить, что я тоже зависим? Просто каждый выбирает то, что ему ближе по душе. На сегодняшний день работа в бизнесе далека от "бумажной", это реальная работа "на земле" — охрана лесов от пожаров, лесовосстановление, переработка древесины, производство продукции и т. д.

Молодой лес в Касмальнской ленте ленточного бора

Фото предоставлено пресс-службой холдинга "Алтайлес"

Сегодня на каждом лесном предприятии, да и не только лесном, работают целыми семьями. Компания "Алтайлес" всегда поощряла преемственность поколений. У нас трудятся династии, чей общий стаж переваливает за сто лет. Это бесспорное отличие лесной отрасли, ее особенность, если хотите. У Ключниковых семейный стаж в лесном хозяйстве превышает 200 лет. А это тысячи гектаров лесных полос, десятки тысяч созданных лесных культур, тысячи потушенных лесных пожаров.

Подчеркну, что Алтайский край как был, так и остается лидером в области лесных отношений. Мы успешно подтверждаем эффективность своей работы на краевом, окружном, федеральном уровнях. Все проверки показали, что мы действуем строго в рамках законодательства, выполняя все взятые на себя обязательства.

— Экологические общественники обвиняют вас, вы обвиняете экологов. Что же, каждый пока остается при своем мнении, видимо. Вот вам и диалог.

— Знаете, Александра, недавно посмотрел передачу "Человек и закон". Понял, что проблема, связанная с очернением имиджа стратегически значимых для экономики страны компаний, характерна для всей России. Журналисты рассказывают, что "экологов" интересует не столько природа, сколько новое производство. Так называемые экологи доходят до абсурда в своих высказываниях. Ярые общественники не верят никаким экспертизам, все отрицают. Специально обученные люди владеют определенными методами убеждения, основанными на смеси лжи, правды и манипуляции фактами. Цель — не допустить промышленное развитие регионов России. Вам ничего это не напоминает?

Очень легко критиковать, гораздо сложнее работать — производить продукцию, ухаживать за лесом, платить вовремя заработную плату, налоговые отчисления, продвигать экологические и социальные проекты. "Алтайлес" выбрал сложный путь, потому что он единственно правильный.

Комментарии 0

    Ничего не найдено.
Лента новостей

Новости партнеров